Медведева Г.В.,
руководитель родословного
общества «Истоки»,
 г. Заводоуковск

 

В поисках лучшей доли.
Переселение курских крестьян в Тобольскую губернию, 1888 год

 

История  Заводоуковского края, как и история всей  страны, тесно связана с миграционными процессами, в результате которых были освоены наша территория и её природные ресурсы. Известно, что подавляющее большинство населённых пунктов района основано в XVIII - XIX веках преимущественно переселенцами из центральной России и уральского региона.  Данное исследование повествует об одномиз эпизодов летописи рода Федотовых, курских крестян-переселенцев, моих прадедов по линии отца.Описан небольшой, вместе с тем, важнейший временной отрезок жизни моих предков  (1887 –1893 годы),  ставший переломным  этапом в их судьбе. В основу работы положены материалы Санкт-Петербургской им. Б.Н.Ельцина библиотеки, Тюменского, Тобольского, Челябинского и Курского государственных архивов.

В конце XIX века положение крестьянства России резко ухудшилось. В чернозёмных губерниях происходило обнищание деревни, росло недовольство существующими порядками. Безземелье и малоземелье (обычные для тех мест наделы в 2-3 десятины (десятина = 1, 092 га), а некоторые  совсем нищенские – в одну десятину), не способные прокормить большие крестьянские семьи, неурожайные годы вынуждают крестьян искать лучшей доли на стороне, переселяясь в Сибирь, на Алтай, в Казахстан. В перемещениях на новые земли участвуют выходцы из 70 губерний и областей, но территория Черноземьядаёт большинство переселенцев. С 1885 по 1893 годы выходцы из  этой части страны составляли 81,5% переселенческого контингента.Покидали родные места в разное время, но основной расчёт строился на том, чтобы использовать тёплое время (с апреля по ноябрь) и, по возможности, в первый год обзавестись хозяйством.

 В конце лета 1888 годав составе  группы курских крестьян отправилась  в далёкую Сибирь и семья  моего прапрадеда, 43-летнего Семёна Ивановича Горбачёва: жена Марина – 43 года, сыновья Василий – 14 лет, Михайла – 8 лет, дочь Варвара – 12 лет[1]. Запричитали бабы, заплакали на руках малолетние дети,  старухи крестились, мужики напоследок окидывали тоскливым взглядом родные места. Руки были заняты котомками с сухарями и мешками с одеждойи обувью, покрепче и потеплей, ведь ехали в  суровые края. Крестьяне по опыту предыдущих искателей счастья знали, что выгоднее и надёжнее переселяться партией, а не в одиночку. Группу обычно селят на обособленных  площадях, под пашни выделяют новые, не истощённые  земли. Самое важное в этом деле - прийти до начала полевых работ, в середине мая или начале июня, чтобы как можно скорее получить  надел и начать обрабатывать его или сдать в аренду, а самому найти заработок.

Большую выгодудавало наличие специальных документов: только идущим с разрешения на новых местах уже были приготовлены участки, которые им отводились беспрекословно, тотчас по приходу. Семьи сразу становились их хозяевами и пользовались без всякой помехи. Однако увольнительные и проходные свидетельства  выдавались только тогда, когда крестьяне, имеющие  земельные наделы, продали их или сдали в аренду и полученными деньгами  рассчитались с задолженностью по повинности. По этой причине крестьяне этой партии переселенцев, за исключением безземельных Горбачёва Семёна, Халина Козьмы и Семчукова Александра, уступили свои две - три десятины  землякам за 100-300 руб.  Государственный крестьянин Козлитин Данил сдал свой  участок в три десятины сельскому обществу, временнообязанные помещика Ярошева братья Клевцовы свои шесть десятин  -  в аренду на три года оставшимся на родине братьям за 54 руб. Частью полученных денег рассчитались с долгами по повинности[2].

Получению разрешительных документов предшествовала долгая бюрократическая волокита: требовалось согласие двух министерств — ВнутреннихДел и Государственных Имуществ; обязательным было обследование хозяйств, желающих переселиться, заключение присутствия по крестьянским делам и разрешение губернатора. Так, на оформление необходимых для переселения документов Горбачёва Семёна потребовалось 14,5 месяцев.  Движение документов по переселениюкрестьянина Горбачёва Семёна Ивановича из д. ГаеваНижнереутской волости Фатежского уезда Курской губернии в Томскую губернию:1).  1-5 мая 1887 года – прошение курскому губернатору о переселении в  Барнаульский округ Томской губернии; 2).  17 августа 1887 года – Непременный Член Фатежского уезда по крестьянским делам Присутствия выехал в Нижнереутское волостное правление для изучения и описи семейного экономического положения (наличные души, количество хлеба, земли, построек) ходатайствующего о переселении крестьянина; 3). 8 декабря 1887 года – предложение переселиться на Амур, на «китайские земли», внеся предварительно 600 руб.; 4).  19 декабря 1887 года – прошение министру внутренних дел о переселении всё-таки в Томскую губернию.

 

«Господину Министру Внутренних Дел
Курской губернии Фатежского  уезда
Нижнереутской  волости села Гаева крестьян
                                                                  Якова Леонова Бруснецова, Игната
                                                              Фирсова Познякова, Семёна  Иванова
                                                            Горбачёва, деревни Нижнереута  Ильи
 Васильева Чуйкова, Алексея  Яковлева
Слабодина, Фрола Матвеева Чуйкова

Всепокорнейшее прошение

 

Сего 1887 года в первых числах мая месяца поданы наши были прошения Господину Курскому Губернатору о перечислении нас с семействами на жительство в Томскую губернию на казённом иждивении на основании законных Правил, изложенных правительством, по нашему малоземелью, что у нас земли имеется на каждое семейство не более 3 и 5 десятин всей четвертнаго право.… А у дворовых нету ничего, ни одной десятины, на своём капитале не имеем сил пройти. Наёмка земли у нас очень дорогая: озимая – 25 руб., яровая – 12 руб. … не имеем нанимать. Хорошо, если кто заработает подати, мы платим бездоимочно только, осилить. От Господина Губернатора переданы наши были прошения Господину Непременному Члену Фатежского уезда по крестьянским делам в Присутствие. Который Член приехал в наше волостное правление в августе месяце 17 числа сего года, переписал все наличные души, и хлеб, и скот, и землю, и строения, не знаем на что, и будто бы эти ведомости отосланы в Сенат, а мы до сих пор не видим никакого распоряжения, что через это мы на будущий год должны быть остаться голодными, земли не нанимали. Губернатор объяснил нам, что надо пройти нам в Томскую губернию, на каждую душу – 60 руб.  Губернатор ещё объявил нам 8 декабря сего года Накличь-на-Амуре, кто желает на китайскую землю,  положить должен займ 600 руб. Где мы их столько денег возьмём, не имеем. А богачей сильно не прогонишь, богачам хорошо жить и на месте: они землю отдают по 25 -  озимую, яровую – 12. Зачем они пойдут? А мы в Томскую губернию – и то капитала не хватает – есть ещё с нами желающие.

А потому Всепокорнейше просим Ваше Сиятельство сие наше прошение принять и сделать с Вашей стороны законное распоряжение и уведомить нас вскорости, мы будем ожидать Вашего Милостивейшего разрешения, чтобы нам на будущий год не остаться голодными. Мы со святок нанимаемся в работу, приезжают подрядчики. А то мы пропустим время – негде будет наняться, чрез это должны остаться в бедственном положении. Будет ли нам выходка весною или нет на жительство в Томскую губернию на казённом иждивении.

Декабря 19 дня 1887 года, к семупрошению крестьяне Яков Бруснецов,Игнат Позняков, Семён Горбачёв,Илья Чуйков, Алексей Слабодин, за неграмотных и за себя Яков ЛеоновБруснецов»[3].

5).  1 марта 1888 года – разрешение №3090 о переселении в Томскую губернию; 6).  19 августа 1888 года – уведомление №339  А. фон Ружаньцов (?) - Непременного Члена Фатежского уезда по крестьянским делам Присутствия в Курское губернское по крестьянским делам Присутствие о намерении крестьянина 20 августа 1888 года выйти из Фатежского уезда в Томскую губернию[4], 7).  20 августа 1888 года – выход семьи Горбачёва С.И. из Фатежского уезда в Томскую губернию.Бывший дворовый помещика Горяинова Семён Горбачёв не имел земельного надела и выживал благодаря работам по найму («Мы со святок нанимаемся в работу, приезжают подрядчики»). Стремясь в Сибирь, он мечтал получить хороший участок для земледелия и обеспечить семье безбедную жизнь. Подрастали два сына, на силу и энергию которых он очень рассчитывал.

Каждая семья перед выходом получила  увольнительное свидетельство:Пётр Фролов и  его сыновьяИван, Козьма и Михаил (17 чел.) - №884, братья Анфиноген, Николай и Андрей Клевцовы (17 чел.) -№886,  Федотов Дмитрий с сыном Тимофеем и племянником Дмитрием (11 чел.) - №429,  братья Иван и Акинфий Федотовы (10 чел.) - №1037, Пётр Суков с братьями Иваном и Василием, сестрой Татьяной (8 чел.) - №910, братья Степан и Фёдор Федотовы (7 чел.) - №1042[5]. В поисках лучшей доликрестьяне двинулись на чужбину большими семьями с повышенным мужским составом. Старых людей в неведомые края последовало немного: несколько пожилых (от 58 до 68 лет) женщин – матери братьев  Суковых, Миськовых, Клевцовых. Напротив, детей было много:Козьма Халин, Елисей Макаров, Никифор Миськов и братья  Федотовы  отправились в дальний путь  даже с годовалыми[6].

Предстоял долгий, полный лишений и трудностей путь. Кто-то подсчитал, что сегодня от Курска до Тюмени (более 2000 км по прямой) автомобилем по трассе можно добраться за 1 день 15 часов 45 минут, если учесть пробки – на несколько часов больше. Самолёт  же доставит  пассажира за 3 часа 9 минут.  А 130 лет назад это расстояние преодолевалось не один месяц. До 1896 годаосновной поток переселенцев за Урал (свыше 70%) направлялся водным путём по Волге и Каме до Перми, а от Перми по Уральской железной дороге, построенной в 1885 году, двигался до Тюмени.В течение 1887-1890 годов через Тюмень проследовало 16 782 переселенческие семьи, состоящие из 101 817 душ обоего пола[7].Для дальнейшего следования в  Сибирь были организованы специальные рейсы на пароходах, доставляющие крестьян в Томск по Туре, Тоболу, Иртышу и Оби.Партия переселенцев вышла из Курской губернии  поздно, в конце лета, рискуя не успеть до закрытия навигации на сибирских реках. До Тюмени добирались 1,5-2 мес., когда  прибыли на место, был уже октябрь - опоздали на пароход.

Одним из первоисточников по переселенческому делу можно по праву считать очерки  известного литератора того времени  - Глеба Ивановича Успенского (1843—1902), который за три месяца  до прибытия в Тюмень курских крестьян побывал в этом городе. Итогом его поездки в Сибирь стал напечатанный вскоре в газете «Русские ведомости» большой цикл очерков «Поездки к переселенцам», в которых  раскрыты причины движения крестьян за Урал, дан коллективный портрет переселенцев,  описаны бедствия «ловцов счастья». Наблюдая за путешественниками, беседуя с ними и слушая их исповеди, Успенский делает выводы о том, насколько государство опекает переселенцев, как разные службы и чиновники заботятся о людях, решившихся на перемену места жительства. Курскую железную дорогу переселенцы не одобряют, так как ни в чём не послабляет таким пассажирам. А вот Нижегородскую хвалят – ничего не берёт за багаж. Пароходчики по Каме и Волге сочувствуют бедным клиентам: билет от Нижнего до Перми бывает даже по одному рублю. Уральская железная дорога не понравилась. Правда, детей дочетырёхлетнего возраста на любом транспорте провозят за полбилета или и того дешевле.

 Важную роль в переселенческом деле Успенский  отводил первому в России Тюменскому переселенческому пункту, созданному благотворителями и общественностью города, активной работе  чиновника П.П. Архипова, заведующего   этим учреждением. На какое-то время это прибежище и приютило курских крестьян, как и тысячи бездомных  из других мест. В бараках могла укрыться  лишь малая часть истощённых долгим путём переселенцев. Страшная скученность, недоедание, болезни   приводили к высокой смертности людей.

Поняв, что в Тюмени перезимовать будет сложно,  курские крестьяне  решили добраться до  деревни ЛужничихаНовозаимской волости Ялуторовского округа, где уже давно проживал их земляк-переселенец. Льговские же крестьяне, братья Клевцовы Анфиноген (мой прапрадед), Николай и Андрей со своим семьями    остались пережидать зиму  в бараках  переселенческого пункта. Оказалось, Новозаимская волость располагается на главном Сибирском тракте, за Ялуторовском, примерно в ста верстах от Тюмени. Для продолжения дальнейшего движения уже гужевым транспортом переселенцы купили лошадей и телеги. Хороших лошадей  приобрести было невозможно,  барышники предлагали, в большинстве своём, изнурённых, негодных к работе. С упряжью и телегой  лошадь обошлась в среднем по 40 руб. (от 17 до 60 руб.).

И вот колонна переселенцев, выбравшись на тракт,  двинулась в путь, в сторону Ялуторовска. Скорее всего,  на одной подводе ехала  семья  из 4 – 5 человек. Мужчины, вероятно,  шли пешком.  Учитывая то, что стояла осень, возможно, холодная и ненастная, а дорога была грунтовая, в день преодолевали расстояние не более 30-35 вёрст. Промозглая сырость, пронизывающий ветер на открытых участках, замёрзшие колдобины на дороге и изматывающая тряска в телеге сделали это путешествие невыносимо трудным. Люди с тоской озирали незнакомую местность – скучную, невыразительную равнину, болотистые поймы рек и речушек, какие-то небольшие озерца, лохматые  массивы кустарников да голые берёзовые рощицы с примесью осины или ивы. Ночевали в поле, недалеко от населённых пунктов, чтобы дети и женщины могли выпросить у местных жителей кусок хлеба или картофелину. Предположительно, до наших мест процессия добралась через три - четыре дня.

В  Челябинском архиве хранится папка «Переписка чиновника, командированного Министерством Внутренних Дел для заведывания переселенческим делом в Тобольской губернии, об устройстве переселенцев в Новозаимской волости Ялуторовского округа на участках «Ольховском» и смежных с ним», начатая в ноябре 1888года. Эти документы являются ценнейшим материалом для исследования переселенческого дела, вкладом в  историю моей родовой деревни Ольховка. В хронологическом порядке располагаю различные письма, рапорты, распоряжения и прочее, свидетельствующие о закреплении курских крестьян на сибирской земле, образовании населённого пункта, преодолении разного рода  объективных обстоятельств, осложняющих обустройство и первые  годы жизни новосёлов.

9 ноября 1888года - рапорт  №2008 председателя Новозаимского волостного правления Кривощёкова чиновнику, командированному Министерством Внутренних Дел для заведывания переселенческим делом  в Тобольской губернии, Архипову П.П.: «В районе волости…  есть остановившиеся переселенцы Курской губернии Фатежского уезда Нижнереутской волости: 1). Василий Петров Зайцев, 2).Козьма Захаров Халин, 3). Григорий Нестеров Федотов, 4). Дмитрий Степанов Кузнецов, 5). Никифор Петров Миськов, 6). Семён Иванов Горбачёв, 7). Фёдор Васильев Макаров, 8). Степан Антонов Федотов, 9). Пётр Федоров Суков, которые, за исключением последнего Сукова, желают причислиться к Марковскому сельскому обществу здешней волости»[8].

Известно, что до конца 1888 годапричисление части переселенческих семей к старожилам д. Марковой состоялось. Местные жители сурово принимали новичков, назначая высокую плату за покупку приёмного приговора. Приписка к старожилам д. Марковой обошлась каждой семье в 8 руб.[9]. Другие перезимовали в квартирах старожилов д. Лушничиха и волостного селаНово-ЗаимкаЯлуторовского уезда. Основными документами, предъявляемыми местным властям, стали: для 14 семей - увольнительные свидетельства, для восьми семей - проходные свидетельства, для одной семьи – паспорт. Самовольных (без разрешительных документов) переселенцев не значилось[10].Чтобы иметь жильё и прокормиться, а также подкопить хоть каких-то денег для заведения своего хозяйства, переселенцы нанимались к здешним зажиточным крестьянам или старожилам соседних деревень на разные работы по хозяйству. В хороший год работнику на хозяйских харчах платили от 25 до 40 руб.

Тот самый земляк из д. Лушничиха и рассказал курским переселенцам о свободном участке «Ольховке» в Новозаимской волости, расположенном в семи верстах от  Новой Заимки. Так к курянам пришла мысль - остаться в  Тобольской губернии. Весной 1889 года новосёлы сами осмотрели место и  через чиновника по переселенческим делам Архипова П.П.  обратились с ходатайством разместить их на этих угодьях.5 апреля 1889 годаизмежевого  Делопроизводства Управления государственными имуществами в Западной Сибири Министерства государственных имуществАрхипову П.П.пришёл ответ за №301: «…имеем честь уведомить, Ваше Высокоблагородие, что на водворение курских переселенцев на казённооброчных участках Луговом, Ольховском, Мокром и Ольховском №20, со стороны Управления препятствий не встречается, если угодий на этих участках будет достаточно для наличного числа душ в семействах означенных переселенцев, считая по 15 удобных десятин на каждую душу.

Вследствие этого Управление имеет честь покорнейше просить прислать подробный список переселенцев с указанием в нём наличного числа мужского пола душ, а также уведомить, с надлежащего ли разрешения прибыли курские переселенцы и в утвердительном случае сообщить, где именно, в Тобольской или Томской губернии назначена им земля; последние сведения можно извлечь из проходных свидетельств, выданных переселенцам на родине»[11].

   Уже через месяц,3 июня 1889 года– из межевого делопроизводства того же Управления (г. Омск) в адрес Начальника отряда по устройству переселенческих участков в Западной Сибири следует указание за № 4948:«Вследствие ходатайства чиновника, командированного для заведования переселенческим участком в Тобольской губернии, об отводе земли переселенцам из Курской губернии, получившим на переселение разрешение Министерства в Новозаимской волости Ялуторовского округа из оброчных участков Лугового, Ольховского и Мокрого и ввиду фактической невозможности дальнейшего следования переселенцев в предназначенные им для водворения места Нижне-Каинской волости Каинского округа по неимению средств, Управление государственными имуществами, препровождая при сём именной список означенных переселенцев и пять планов с тремя топографическими описаниями на означенные оброчные статьи, имеет честь покорнейше просить Ваше Высокородие отвести означенным переселенцам…».

Список крестьян-переселенцев Курской губернии Фатежского уезда Нижнереутской волости, заявивших желание водвориться на участках: при рч. Ольховке между с. Новозаимским и д. Кошкиной Новозаимской волости Ялуторовского округа:

Фамилия, имена и прозвания переселенцев

Число налич. душ: м./ж.

об.

пола

 

селаТроицкого:

1

Суков Пётр Фёдоров

4 / 3

 

7

 

2

Макаров Фёдор Васильев

2 / 5

7

3

Кузнецов Дмитрий Степанов

1 / 1

2

4

Зайцев Василий Петров

3 / 1

4

5

Миськов Никифор Петров

3 / 3       

6

6

Миськов Дмитрий Фёдоров                                                      

1 / 2

3

7

Федотов Григорий Нестеров

4 / 4

8

8

Федотов Степан Антонов                                                          

4 / 3

7

9

Сильченков Александр Васильев

2 / 3

5

10

Федотов Акинфий Захаров

3 / 2

5

11

Федотов Иван Захаров

3 / 1       

4

деревни  Сухаревой:

12

Халин Козьма Захаров

2 / 1

3

села  Гаева:

 

13

Горбачёв Семён Иванов

3 / 2

5

деревни  Путчиной:

14

Фролов Пётр Антонов 

 8 / 9                                                        

17

 

                                                                          Итого:

43 / 40

83

[12]

Итак,  причиной отказа от  продвижения на разрешённые Министерством Внутренних Дел места для поселения в Томской губернии и закрепления вЯлуторовском округе Тобольской губернии стала «фактическая невозможность дальнейшего следования … по неимению средств». Как тут не вспомнить Г. Успенского: «Для подлинного типа курского переселенца иметь средства – дело невозможное; курский – всегда без средств, без копейки, иначе он не был бы курским»![13].Этот документ стал важнейшим в деле определения  конкретных названий населённых пунктов Курской губернии, откуда переселились мои другие (кроме Горбачёвых)  прапрадеды – Федотовы и Клевцовы.2 июля 1889 годадолжностные лицапровели на Ольховском и смежных с ним участках нарезку на 43 души мужского пола:земельных наделов удобной земли 722 десятины 325 кв. саж., а всего 807 дес. 461 кв. саж. [14].

Государство пыталось бдительно отслеживать движение людских масс по обширной территории страны. 8 августа 1889 годаАрхипов П.П.  направляетНовозаимскому волостному старшине Ялуторовского округа письмо за №797 следующего содержания: «Поручаю немедленно проверить число душ по высланному списку. …Узнать по опросам, нет ли в семьях переселенцев людей, подлежащих отбыванию воинской повинности в настоящем году. Информацию предоставить без малейшего промедления»[15].Не получив ответа, 3 сентября 1889 годав письме  за №935 по тому же адресу Архипов П.П. настаивает: «Предписываю волостному старшине в кратчайший по получении сего срок исполнить требование моё от 8 минувшего августа за №797 по предмету проверки числа душ переселенцев по прилагаемому списку и донести о причинах медленности в исполнении поручения Состоящий при МВД Межевой Инженер Архипов»[16].

Летом этого же года прибыли наОльховский участок и семьи братьев Клевцовых, отколовшихся от партии земляков по прибытию в Сибирь и проживших зиму в Тюмени.  Там у Клевцовых Андрея Максимовича и Марьи Емельяновны родился сын Порфирий. Впрочем, и в других семьях переселенцев в период с октября 1888-го по сентябрь 1890-го, на момент водворения  переселенцев наОльховский участок, родилось 17 детей, причём у некоторых молодых пар (у Семёна и Александры Козлитиных, у Андрея и Марфы Клевцовых, у Ивана и Пелагеи Фроловых) – по двое. Активность по воспроизводству наследников повысилась накануне заселения, летом 1890 года, почти в каждой третьей семье появился новорожденный (всего родилось 9 чел.). Особенно радовало рождение мальчика:  главное крестьянское богатство - надел пахотной земли – выделялосьна   наличную душу крестьян мужского пола, независимо от возраста.

Между величиной семьи и размерами её хозяйства существовала прямая связь: большие семьи оказывались лучше обеспеченыпахотными и сенокосными угодьями, они успешнее справлялись с сельскохозяйственными работами. В период обустройства на Ольховском  участке самые большие семь семей в суммесоставляли 76 чел. Из них две самые многочисленные семьи имели по 17  членов (Фролов Пётр Антонович  и его сыновья Иван,  Козьма, Михаил; братья  Клевцовы Анфиноген, Николай, Андрей).

Отношения с  перезимовавшими в Новозаимской волости у братьев Клевцовых не складывались. 29 августа 1889 года они пишут  Межевому Инженеру  Архипову П.П. жалобу (орфография сохранена):«В половине июня месяца сего 1889 года мы прибыли по маршруту, выданному нам Вашим Высокоблагородием в Новозаимскую волость в дер. Лушничиху с тем, чтобы водвориться на казённом участке под названием «Ольховский», который лежит в Новозаимской волости. На что и получили от Вашего Высокоблагородия Личное приказание  и распоряжение на водворение наше по желанию нашему на Ольховском участке; куда прибыв в летнее время, накосили сена, а также и засеяли поля к будущему 1890 году озимым хлебом.

Но прибывшая в нынешнем же году по осени крестьяне Курской же губернии 13 семей в количестве 43 душ тоже получили разрешение на водворение на участок Ольховский...Не принимают нас в среду свою для жительства и поселения на вышеупомянутый участок. Требуют с нас, чтобы мы купили им вина, и тогда они позволят нам поселиться, потому что они считают себя собственниками на Ольховском участке, продают самовольно землю и вдобавок делают грабежи, разбои и разные притеснения окрестным жителям и нас не принимают и стесняют во всём. Потому что мы не согласуемся с ними в характере буйной и развращённой жизни. А посему мы вынужденными находим себя обратиться под покровительство Вашего Высокоблагородия и покорнейше просим сделать зависящее со своей стороны формальное распоряжение о дозволении поселиться нам на участке Ольховском в количестве 10 душ мужского пола и избавить нас от притязаний наших соперников. О распоряжении Вашем покорнейше просим объявить нам через Новозаимское волостное правление Ялуторовского округа в дер. Лушничиху для объявления. К сему прошению крестьянин Курской губернии  Колпаковской волости Андрей Максимов Клевцов «за себя и за товарищей свояручнопотписуюсь. Место проживания имеем»[17].

Работа с документами по водворению  курских крестьянвЯлуторовском округе продолжается.9 октября 1889 года– письмо №1567 Архипову П.П. из Нижнереутского волостного правления Фатежского уезда Курской губернии: «Во исполнение предписания от 9 сентября 1889 года за  №969 увольнительные свидетельства на семейства крестьян: Петра Фролова, Семёна Горбачёва, Елисея Макарова, Петра Сукова, Василия Зайцева; Никифора, Дмитрия Миськовых, Григория, Стефана Федотовых, Александра Семиченко, Акифора и Ивана Федотовых вместе с копиями ревизских сказок и посемейных списков на предмет перечисления в Тобольскую губернию, при этом к Вашему Высокоблагородию волостное правление представить честь имеет, 23 приложения»[18].

В октябреже 1889 года  -  Архипов П.П. получает письмо №786 из Колпаковского волостного правления Льговского уезда Курской губернии:  «Согласно поручению Вашего Высокородия от 9 сентября 1889 года №966, волостное правление имеет честь  предоставить увольнительные свидетельства за  №811 и копию ревизской сказки и посемейного списка на переселение крестьянина Андрея Максимова Клевцова с его семейством в Ялуторовский округ Тобольской губернии вследствие дозволения ему водвориться в числе других на казённых участках Ольховском и смежных с ним в Новозаимской волости. О получении же документов не оставить уважением»[19].

По всей видимости, чиновник Архипов П.П. активно представлял интересы переселенцев в верхних эшелонах местной власти. Об этом свидетельствует  письмо   №4569 15 декабря 1889 годаТобольского Губернатора:«Вследствие предоставления Вашего от 7 декабря за №1328 о выдаче пособий на обзаведение хозяйством и обсеменение полей переселенцам, водворённым на участке Ольховском, находящемся в Новозаимской волости Ялуторовского округа, уведомляю Ваше Высокоблагородие, что к удовлетворению означенного ходатайства я не нахожу законных оснований»[20]. Из  последующей переписки чиновников, занимающихся переселенцами,  следует, что по истечении восьми месяцев после нарезки земельных наделов сложившийся на участке «Ольховский» коллектив новосёлов пополняется. 

8 марта1890года - письмо №2291  межевого делопроизводства Управления государственными имуществами в Западной Сибири  (г. Омск) Начальнику отряда по устройству переселенческих участков в Западной Сибири:«Управление Государственными Имуществами в дополнение к отношению от 3 июня минувшего года за №4948 имеет честь покорнейше просить Ваше Высокородие отвести переселенцам из Курской губернии землю из участка Ольховский и смежных с ним в Новозаимской волости Ялуторовского уезда.

При этом Управление присовокупляет, что к партии ранее поселившихся на участке переселенцев прибыло ещё 12 мужских душ, для надела коих необходимо отвести землю из участка за №9, о чём вместе с сим сообщено Ялуторовскому Лесничему».

 

Список крестьян-переселенцев Курской губернии, устраивающихся в Новозаимской волости Ялуторовского уезда на участке «Ольховском» и смежных с ним:

Имя, отчество и фамилия

Число налич. душ: муж.

 жен.

 

1

Горбачёв Семён Иванов                 

3

2

2

Зайцев Василий Петров                  

3

1

 

3

Клевцов Николай Максимович

2

3

4

Клевцов  Анфиноген Максимов

6

3

5

Клевцов  Андрей Максимов

2

3

6

Козлитинов Даниил Кондратьев    

3

4

7

Макаров Елисей Фёдоров

2

1

8

Миськов Никифор Петров              

4

3

9

Миськов Дмитрий Фёдоров

2

1

10

Суков Пётр Фёдоров 

4

3

11

Семиченков Александр Васильев   

2

3

12

Фролов Пётр Антонов

8

9

13

Федотов Григорий Нестеров

4

4

14

Федотов Степан Антонов

4

3

15

Федотов Акинфий Захаров

3

1

16

Федотов Иван Захаров                     

3

1

17

Фатьянов Иван Тимофеев

4

2

18

Халин Козьма Захаров

2

1

 

                                                                           Итого:

60

51

[21].

В списке поселившихся на участке Ольховском появляются семьи Фатьянова И.Т., Макарова Е.Ф., Козлитинова Д.Г, а также семейства трёх братьев Клевцовых.  К ранее отведённой земле  было прирезано ещё  наделов на 20 душ: казённо-оброчный участок №9 удобной -  2580 десятин, леса – 30 десятин, и неудобной – 21 десятину; и Кузьмин участок №18 (удобной – 151, удобного леса – 37, и неудобного – 21 десятина), в нём  нарезано 1304 дес. 461 кв. саж.на 63 души, из них одна за смертью не была наделена.Похоже, «живое» дело и соответствующие бумаги разных инстанций порой отставали друг от друга.  Ещё осенью 1889 года переселенцам без «инструментального отвода  чинами отряда» были выделены земельные наделы, а разрешительные документы сверху ещё не поступили.

26 мая 1890 года  - письмо №5750  межевого делопроизводства Управления Государственными Имуществами в Западной Сибири  (г. Омск) Начальнику отряда по устройству переселенческих участков в Западной Сибири:«Вследствие отзыва Вашего от 24 июля минувшего года за №314 Управление поручило Ялуторовскому Лесничему указать переселенцам, водворившимся на участке «Ольховском» в Новозаимской волости, границы пользования землёю впредь до инструментального отвода надела чинами отряда. Вышеозначенный  Лесничий донёс Управлению, что границы землепользования он указал переселенцам по живым урочищам.

Уведомляя об этом и препровождая именной список новосёлов и по описи планы на участки, Управление государственными имуществами имеет честь покорнейше просить Ваше Высокородие отвести означенным переселенцам землю из Ольховского и смежных с ним участков, согласно указаниям Министерства. О последующем Управление просит уведомить и прислать документы по отводу земли».

 

Список переселенцев - крестьян Курской губернии,  водворяющихся на участке «Ольховском» и других в Новозаимской волости Ялуторовского уезда  Тобольской губернии:

 

Место перечисления, фамилии, имена и прозвища переселенцев

Число налич. душ: муж.

 жен.

 

общее

кол-во

Фатежского уезда Нижнереутскойволости дер. Путчиной

 

1

Фролов Пётр Антонов

8

9

17

с. Гаева

2

Горбачёв Семён Иванов

3

2

5

дер. Сухаревой

3

Халин Козьма Захаров

2

1

3

с. Троицкого

4

Суков Пётр Фёдоров                                      

4

3

7

5

Макаров Елисей Фёдоров                              

2

3

5

6

Зайцев Василий Петров                                  

3

1

4

7

Миськов Никифор Петров

3

3

6

8

Миськов Дмитрий Фёдоров                            

1

2

3

9

Федотов Григорий Нестеров

4

4

8

10

Федотов Степан Антонов                               

4

3

7

11

Семиченко Александр Васильев                    

2

3

5

12

Федотов Акинфий Захаров

3

2

5

13

Федотов Иван Захаров                                   

3

1

4

Льговского уезда Колпаковской волостидер. Лукашевки

14

Кривцов? (Клевцов?) Андрей Максимов    

8

10

18

Гайворонского уезда Бутовскойволости слоб. Казацкой

15

Козлитин Данило Кондратьев

3

4

7

 

                                                                           Итого:

53

51

104

[22].

В отличие от первого списка от 3 июня 1889 года, в представленном отсутствуют фамилии  крестьян Макарова Ф.В. и  Кузнецова Д.С. В документах подворного опроса жителей п. Ольховка от 5 июля 1893 годауказано, что за прошедший после водворения на участок «Ольховский» период « … из всего числа переселенцев один одинокий ушёл обратно, другой живёт в Новой Заимке, занимается кузнечеством, в Ольховке же находится его пашня». Возможно, речь шла как раз об отсутствующих в списке Макарове Ф.В. и Кузнецове Д.С.

12 августа 1890 года – приговор схода крестьян Курской губернии Фатежского уезда Нижнереутской волости с. Троицкого (орфография сохранена): «Вашему Высокоблагородию. Изъявите  Начальницкую Милость о нас, что у нас нету души пропитания. Сколько сеяли хлеба, и то пропало. Так что симинов не взяли, а теперь толки надёжа на сено. Сколько Ваша Милость оделить нас. А за то мы обизуимся плотить после возможности насколько Ваш будет расклат:

Микифор Петрович Миськов – 25 р.
Илисей Фёдорович Макаров – 25 р.
Иван Захаров Федотов – 50 р.
Василий Петрович  Зайцев – 50 р.
Григорий Мистёрович Федотов – 50 р.
Митрий Алексеевич Федотов – 25 р.
СтифанАньтонович Федотов – 50 р.
Фёдор Антонович Федотов – 40 р.
Акифор Захаров Федотов – 40 р.
дер. Сухаревой крестьянин Кузьма Захарович Халин – 40 р.
Гайворонского уезда Бутовской волости дер. Казацкой
Доныла Кондратьевич Козлитин – 50 р.
Пётр Антонович Хролов – 40 р.
Иван Петрович Хролов – 20 р.
Михайло Петрович Хролов – 20 р.
крестьянин с. Гаева Семён Иванович Горбачёв – 25 р.
Той же губерны (И)льговского уезду Колпаковской волости д. Лукашовки крестьяне:
Андрей Максимович Клевцов – 50 р.
Финоген Максимович Клевцов – 40 р.
Николай Максимович Клевцов – 50 р.

У чом мы обизуимся плотить означенном уреме и срок.

Ваше Высокоблагородия, изъявите начальницкую милость и не оставьте нашей просьбы. Мы будем за вас молить богу целый век.

Ваше Высокоблагородие. Андрея Клевцова и Николая Клевцова и Данилы Козлитина, на эти 3 семейства, которые Вы назначите деньги, в том мы вас просим, переслать по почте Новозаимской волости на участок и дер. Альховку крестьянину Андрею Максимовичу Клевцову.

                 В том расписался своею рукой Андрей Максимович Клевцов.  

Семён Горбачёв дал доверенность Григорию Федотову получить деньги, сколько дадите.Ваше Высокоблагородие, зделайте распоряжение об нас переселенцах: у нас нету лесу и не с чего строить. Просим Ваше Благородие – нельзя в козне выхлопотать по скольки-ныбуть корней на двор, то мы будем благодарить вас. 1890 г. август 12 дня. Андрей Максимович Клевцов»[23].

19 августа 1890 года – письмо 14 крестьян-переселенцев Губернатору Тобольской губернии: «Отпуск. В Западной Сибири поселились на казённый участок земли, где и начали обзаводиться хозяйственными постройками, а также посеяли хлеба по нашей возможности. Но к несчастью нашему, хлеб, посеянный нами, погиб от засухи. И мы от такого климатического условия пришли в крайнее разорение,  так что выйти из этого положения нам не представляется никакой возможности. Мы не имеем никаких средств закончить начатые нами постройки, а между тем неминуемо наступит зима, от этого гибель наша неизбежна.

Ввиду чего мы осмеливаемся, Почтительный, просить Ваше Превосходительство войти в наше положение и не дать нам окончательно погибнуть с нашими семействами, обратить милость Вашего внимания разрешить нам от казны денежное пособие из хозяйственного капитала во вверенной Вам губернии, хотя бы с возвратом впоследствии с нас оного, и тем облегчить участь нашу. С улучшением на будущее время климатических условий мы будем иметь возможность возвратить казне выданное нам пособие. На что и будем ожидать Вашего распоряжения через Новозаимское волостное правление Ялуторовского округа»[24].

21 августа 1890 года – приговор сельского схода выселка Ольховского   Архипову П.П.: «Нижеподписавшиеся крестьяне выселка Ольховского Новозаимской волости Ялуторовского округа, состоящие из 21 домохозяйства, на общем сельском сходе имели суждение о том, что хоть мы и поселились на сказанном участке для жительства и занялись уже устраивать домообзаводство и хлеб начали сеять, но вышло неблагоприятное лето, получился неурожай, и хлеб, посеянный нами, от засухи погиб.  Через это впали мы в крайнее разорение, так что не имеем никаких средств на окончание построек, на пропитание себя с семействами. Некоторые из нас не имеют даже необходимых земледельческих орудий.

Потому приговором настоящим просим правительство через господина Чиновника по переселенческой части Архипова разрешить отпуска нам из казны денежного пособия на устройство наших хозяйств с возвратом оного. Мы, нижеподписавшиеся, друг за друга ручаемся, в чём подписуемся.

К сему приговору крестьяне: Н.П. Миськов, Г.Н. Федотов, С.А.Федотов, Ф.А. Федотов, Д.Н. Федотов, Д. Федотов, … Федотов, А.З. Федотов, П. Фролов, И.П. Фролов, Д.К. Козлитин, Зайцев, А.В. Семиченков – неграмотные. За них приложил руку  К. Халин.

 Настоящий приговор свидетельствую   подписью и приложением казённой печати волостной староста   И. Дорофеев»[25].

Следующий документ от 28сентября 1890 годаявляется свидетельством «дня рождения», появления на карте Новозаимской волости Ялуторовского округа нового населённого пункта – д. Ольховка.

 

Акто водворении 64 душ мужского пола

переселенцев из Европейской России в посёлке Ольховском Ново-Заимской волости Ялуторовского округа Тобольской губернии

 

1890 года, сентября месяца, 28 дня, в Новозаимском Волостном Правлении, при участии нижеподписавшихся постановление настоящий акт о следующем:

  1. Посёлок Ольховский образован с разрешения Правительства переселенцами из Курской губернии в числе 64 наличных мужского пола душ, поименованных в приложенном к сему списке.
  2. В предоставленных в постоянное пользование переселенцев участках в: Ольховском, Луговском, Мокром, Мареевой, Дорофеевской и ……. за №№ 21, 20, 10 и частей 9 состоит из десятин: 960 (девятьсот шестьдесят) удобной и ……. неудобной.
  3. Границы поименованных участков обозначены на приложенном к сему чертеже и указаны водворяющимся в натуре по имеющимся межевым признакам.
  4. Отведённые к посёлку Ольховскому земли предоставлены в общинное, уравнительное по числу наличных душ пользование водворяющихся со следующим ограничением: из произрастающих на участке лесов крестьяне могут пользоваться лесными материалами только для удовлетворения домашних потребностей.
  5. За предоставленную в пользование переселенцев землю они обязаны вносить в указанные сроки 173 руб. 33 коп.оброчной платы в год, по соразмерности с обложением таковой же податью крестьян-старожилов Новозаимской волости.
  6. В исправном взносе означенной платы крестьяне, участвующие в общинном пользовании землёй, ответствуют круговой порукой.
  7. На основании статьи 11-ой законоположения 13 июля 1889 года относительно уплаты оброчных денег переселенцам предоставляется льгота»[26].

В  акте упомянут закон 1889 года «О добровольном переселении сельских обывателей и мещан на казённые земли и о порядке перечисления лиц означенных сословий, переселившихся в прежнее время». Согласно новому закону, новопоселенцы получали в бессрочное пользование наделы по «числу наличных переселенцев мужскаго пола, в размере, определяемом по соображению с условиями земледелия и производительностью почвы в избранной местности». Они освобождались от уплаты казённых сборов и арендных платежей на три года полностью, а на последующие три года обязывались платить в половинном размере, получали трёхлетнюю отсрочку от воинской повинности. По прибытии на место водворения нуждавшиеся имели право получать как семенные ссуды, так и «домообзаводственные».

Таким образом, по акту от 28 сентября 1890 года на оброчном участке при речке Ольховка между с. Новозаимское и д. Кошкиной (ныне д. Сединкина) Новозаимской волости в постоянное пользование переселенцам были предоставлены земли казённых участков: Ольховский, Луговской; выморочные: Мокрый, Марьев, Дорофеевский и часть Белослудцевского под №№ 21, 20, 10 и 19. На отведённом участке соседствовали лесистая и степная местности, пашенные чернозёмные земли и заливные луга, встречались солонцы и болота. Участок имел  сенокосные угодья, достаточно мест для выпаса скота, а также  около 67 десятин берёзовых колков  и  леса, из которых до 12, 6 десятин – довольно крупного.

Поселение новосёлов (площадь - 171/2 дес.) назвали «Ольховкой» по имени протекающей мимо речки (в архивных документах встречается написание  «Альховка»). Ближайшие пашни и сенокос находились в одной версте от жилья, дальние пашня и сенокос – на расстоянии шести - восьми вёрст.  Чтобы добраться до волостного центра – с. Новая Заимка, Трёхсвятительскойцеркови и церковно-приходской школы в нём, надо было преодолеть семь вёрст. Ближайшая старожильческая деревня Сединкина Пятковской волости с населением 503 чел., проживающих в 93 дворах [27]размещалась в четырёх верстах.

В первый год (1889) в поселении обосновались 20 семей, во второй (1890) – 3 семьи (Клевцовы), эти 23 двора и стали «родоначальниками» Ольховки. Это было чисто крестьянское поселение, без примеси представителей других сословий: одиннадцать дворов принадлежали бывшим помещичьим крестьянам,восемь дворов – бывшим государственным крестьянам, четыре двора – бывшим дворовым.Более половины этой партии  новосёлов (13 семей) составляли  бывшие крепостные крестьяне помещика поручикаМозалевскогоИ.П. изсела Троицкое на Сучку Нижнереутской волости Фатежского уезда: Зайцевы, Фроловы, шесть семей Федотовых, Макаровы, Миськовы, Симчуковы, Суковы, Кузнецовы.  Осваивались на новом месте бывшие дворовые помещика Горяинова - Семён Горбачёв и  Козьма Халин, три семьи бывших государственных крестьян Фроловых, однодворцы Фатьяновы.

В первый год переселенцы устроили землянки и вспахали пары, у большинства было по одной лошади, только у двух семейств ещё при выходе из Тюмени было по две. Спустя пять лет 16 дворов имели 27 лошадей, семь дворов остались безлошадными. Сравнивая лошадей из Центральной России и местных, крестьяне отмечали сибирских из-за их выносливости: «В России 20 вёрст пробежит – корми, здесь  50 -  ничего»[28].  Хозяева берегли рабочих лошадей, в сложных условиях бескормицы избавлялись сначала от жеребят и молодняка. В голодном 1892 году пропало шесть лошадей. Лошадей воровали  (подозревали цыган) обычно осенью из поскотины. За пять лет у старосты увели три лошади, всего же было украдено 15.

Скотоводством занимались, в первую очередь, для обеспечения себя продуктами питания:  держали коров (14 дворов – по одной голове, три двора – по две), «гулеваго» скота – 22 головы, овец – 115 штук. Свиней не разводили.Для воспроизводства поголовья скота и лошадей в сельском обществе имели племенного быка и трёх жеребцов.Имелись общественные выгоны, за пользование которыми каждый должен был внести 7 коп. «с головы», каков бы скот ни был (рабочий или нерабочий) в мирскую кассу; из этих 7 коп. 2 коп. исчислялись на образование капитала для изгороди поскотины (400*500 саж.), 5 коп. поступало для погашения мирских и волостных сборов тех из членов общества, кто своего скота не имел. Кроме того, с каждой семьи, которая имела скот, поступало 45 коп.содной скотины на содержание пастуха[29].

На домообзаводство новосёлам разрешили бесплатный отпуск леса из Пятковской казенной лесной дачи, и во второй год почти  все построились. В новые избы  перебрались Федотов Григорий, Миськов Дмитрий, Федотов Иван. Несколько семей поставили пятистенные избы: Зайцев Василий, Миськов Никифор, Горбачёв Семён, Клевцов Анфиноген, а Козлитин Данил – даже двухэтажную: вверху – горница, внизу – кухня с сенями [30].Посёлок расположился в одну улицу, лицом к одноимённой реке, и только два двора разместились  за речкой. Общая площадь посёлка – 17,5 десятин. Позади домов были разбиты огороды разных размеров, где разводили  капусту, свеклу, морковь, огурцы, репу, брюкву («калегу»), редьку, горох, бобы, лук, чеснок, а также  табак.  В поле сажали картофель.

Первые два года большинство ольховцев сдавали свои земельные наделы старожилам в аренду от 70 коп.до 1 руб. за  десятину исключительно из-за своего «малосилия»: взявши деньги у старожилов под работу, с зимы закрепостились: «Людям работаешь вовремя, а сам без времени». Так шесть хозяев:  Фатьянов Иван, Семищенков  Александр, Макаров Елисей, Федотов Иван, Суков Пётр, Клевцов Николай, имеющие в семье по одному годному к труду работнику, в первый год совсем ничего не посеяли. В том году лишь два двора сумели обработать и засеять зерновыми 2,12 дес. земли.

Куряне терпеливо переносили всякого рода лишения и могли довольствоваться малым. В год поселения хлеб печёный покупали только по субботам, а так обычно в базарные дни в Новой Заимке у Калмыкова приобретали «бус» (мучную пыль) по 20 коп.за пуд и отруби по 35 коп. В постные дни они довольствовались  квасом с луком, кашею и хлебом, в скоромные – прибавляли к этому щи со свиным салом, а мясо употребляли  только по большим праздникам.

Постепенно ольховцы стали осваивать свои участки. Весенние работы (пахота) начинались15 апреля. Пахотное орудие -  деревянная соха – в самом начале обустройства была только у Миськова Н.П., не говоря  о плуге. Позже ещё 16 хозяев разжились сохами.  На следующий год ужешесть дворов осилили около 16 дес., и  только в 1891 году смогли  заложить будущий урожай 10 хозяев (26,12 дес.), а оставшиеся пять – через четыре - пять лет после прибытия  в Сибирь (всего 2,2 дес.). Таким образом, в 1893 году всеми 23 дворами было засеяно 46,42 дес. Своим скотом обрабатывали  пашни 18 семейств, супрягой  (совместная работа нескольких хозяев) – один хозяин, за деньги – четыре двора.Основными культурами были пшеница (озимая и яровая), рожь озимая и ярица, овёс, ячмень; сеяли также просо, гречиху, горох и др.  На парах сеяли озимое и яровое, гречиху – из года в год. Выпаханный участок бросали через два года на третий. Новосёлы особенно дорожили рожью: «Мы не сибиряки, нам бы ржи побольше, это им всё пшеница, да пшеница»[31]. Качеством чернозёма новосёлы были недовольны, называли его лёгким, «непутячим». Не устраивало их и то, что здесь нельзя достать «путячих» семян, выражали удивление, что в Сибири семена «ростят» в грядах. Из технических культур сеяли коноплю, меньше лён, которые шли преимущественно для удовлетворения собственных потреб­ностей.Старожилы отмечали рьяную привязанность переселенцев к земледельческому труду, их трудолюбие.

Переселение из юго-западной территории Среднерусской возвышенности в южную часть Западно-Сибирской равнины в пределах одного и того же умеренного климатического пояса не преподнесло людям больших сюрпризов: те же резкие сезонные смены температуры, те же привычные холодная зима и жаркое лето.Та же лесостепная зона с почти одинаковым набором  животных и птиц в лесах, рыбы в реках, трав на лугах. Разве что теплолюбивый дуб остался за Уралом. А самое главное, те же наиболее благоприятные для земледелия чернозёмы, мощность гумусового горизонта которых в Притоболье составляла до 50-60 см, а содержание гумуса – до 7-11%[32].

Как было зафиксировано повсеместно в Сибири, так и в нашем случае, обнаружилось проявление острых конфликтов между новосёлами и местными жителями, в основе которых лежало столкновение их хозяйственных интересов. Старожилов соседней д. Сединкина не устроил факт передачи новосёлам угодий, которыми они привыкли пользоваться сами. Узнав об отчуждении Ольховского участка переселенцам, они начали нещадно вырубать лес на этом участке.  Даже переселенческий чиновник вынужден был идти с ходатайством к лесничему, прося защиты от хищнической вырубки. Тем не менее, почти весь лес был вырублен и увезён. Незначительное количество леса-кустарника, уцелевшего после порубки старожилами, распределили по 11/4 дес. на семью, причём за каждый «корень», срубленный на чужом участке, согласно приговору, полагался штраф в 50 коп.в пользу потерпевшего. Старожилы  причиняли новосёлам и другие неудобства и убытки: то отравляют воду в реке Ольховке, вымачивая в ней коноплю выше по течению,  то перегоняют   табуны  лошадей  на водопой к речке  через зелёные поля переселенцев. 

Не щадила  переселенцев  и суровая сибирская природа: 26 июня 1893 года  выпал недолгий, но крупный град, который выбил треть хлеба и коноплю. Сухим летом настоящим бедствием  становилась сибирская кобылка, которая в иные годы на своём путивсё беспощадно губила: сенокосы, пастбища, посевы зерновых. На сходах назначались особые надзиратели  - «попечители по кобылке»,  которые   обходили  межи и поля и замечали места наиболее значительных залежей коконов этого вредителя. Обязательной мирской повинностью для крестьянских обществ являлись истребление  этих коконов и ловля самих насекомых. В отсутствие химических средств борьбы уничтожением вредителей занимались примитивными способами: собирали яйца, ловили насекомых наполога, сачками, загоняли в канавы, давили катками, мётлами, жгли огнём, опахивали посевы тремя - четырьмя бороздами, устанавливали передвижные птичники.

Ситуация с этим опасным вредителем на местах контролировалась самыми высокими инстанциями. О появлении даже самого незначительного количества кобылки сообщалось губернатору в Тобольск, а тот докладывал в Петербург, в Министерство Внутренних Дел. Архивные документы свидетельствуют, что в 1893 году в Сибирь был  командирован специалист-энтомолог г. Порчинский И.А.,  который  изучил положение дел, провёл практические занятия,  а позднее составил брошюру «Кобылки или полевые коники»[33].В этом же году Департаментом земледелия и сельской промышленности  на борьбу с вредителями был выделен кредит в размере 1200 руб.Свирепствующий в течение первых трёх лет проживания переселенцев в Сибири вредитель нанёс ольховцам весьма ощутимые убытки: в  некоторых семьях хлеба для еды удавалось собрать только на несколько месяцев. Предпринимаемые против кобылки меры разочаровали крестьян:  «Пробовали  кобылку сничтожить в прошлом году - истребили до 20 пудов, а она ещё пуще стала – вестимо, это наказание Божие».   

Самым дорогим и ходким товаром в сельской местности  было сено. Оно заменяло деньги и всегда имело рыночную цену. Сибирский крестьянин держал много скота и всегда нуждался в сене. Поэтому заготовка сена – самый главный и надёжный заработок для переселенцапо прибытии. Сенокос начинался с Петрова дня (12 июля)  и заканчивался к 15 августа. Косовица требовала большой физической силы и максимальной мобилизации крестьянской семьи. Только старики и младенцы не участвовали в косьбе и уборке сена. Во второй год новосёлы  накосили его в разном количестве: Зайцев Василий - 230 копён, Горбачёв Семён – 150, Миськов Никифор и Федотов Григорий – по 100, Фролов Пётр и Клевцов Анфиноген – по 80  [34].За сено  они могли  купить скот: в 1888 году корову стоимостью в 10 руб. отдавали за 200 копён сена, или 100 копён сена и одну десятину хлеба сжать.

С 15 июля до 1 августа  начиналась  уборка  урожая. Жатва хлебов  производилась преимущественно сер­пом, некоторые культуры (овёс, ячмень) обычно косили косою (к которой прикрепляли деревянный гребень). Сжатый хлеб складывали для про­сушки в суслоны по 10 и более снопов.  Из суслонов через две-три недели снопы укладывали в клади — скирды, откуда их перевозили к гумну.Молотили цепом и лошадьми, местами молотягой — деревянным валом с вколоченными в него деревянными зубьями (лошадь впрягалась при помощи оглобель), либо молотилкой с одноконным или двуконным при­водом. Веяли лопатой.

Все полевые работы, требующие физической силы, будь – то пахота, боронование, сев и заделка семян, косьба и уборка сена, жатва хлебов, молотьба, вывоз навоза и т. п., выполнялись мужиками. Крестьянки вполне разделяли со своими мужьями все работы.  Неутомимая деятельность курских женщин в трудах, их особенное трудолюбие,  способность к самым трудным работам отмечали сибирские старожилы.Помимо  полевых работ, на женских плечах лежали обязанности по уходу и содержанию скота, работа в огороде, приготовление пищи, уборка избы и стирка одежды. В обязанности крестьянок входили уборка, вымочка, сушка и другие операции, необходимые для производства пеньки и сукна из конопли и льна. В период с поздней осени до ранней весны деревенские бабы были заняты прядением льна, шерсти, конопли. Курские переселенки считались мастерицами рукоделья:  они искусно ткали полотно, ковры, половики, полотенца, вязали тёплые вещи и нарядные кушаки, скатерти.

В свободное от полевых работ время ольховцы занимались разными ремёслами: сучили бечеву, выделывали кожи, изготавливали  колёса, вырезали ложки, плели корзины. Ближайшим местом сбыта и покупки продуктов и товаров являлось волостное село Новая Заимка (ярмарки, базар, торжки).Согласно опросу, на родине промыслами добывали средства к жизни десять мужчин, в Сибири же восемь. Отхожим промыслом занимались мало. В 1890 году на два месяца уходили в Тюмень на заработки девять человек, пятеро плотников принесли по 10 руб. на брата,  и четверо каменщиков  – по 15 руб. [35].

В случаях крайней необходимости новосёлы обращались за помощью к старожилам, которые иногда кредитовали наиболее надёжных плательщиков небольшими суммами денег – до 10 руб., но при этом каждый раз взымая по 8% в месяц или 90 и 100% в год. На момент опроса в 1893 году задолженность казне и учреждениям у ольховцев отсутствовала, частным же лицам были должны 14 дворов на общую сумму 336 руб. Деньги выдавали не иначе, как под обеспечение какой-либо движимой собственности.  Известно, что крестьянин Клевцов взял у старожила Новой Заимки 10 руб., обязавшись уплатить ему их через год, дал в залог шубу свою и женину и платок, по его словам, стоимостью рублей в 30, проценты платил исправно, но капитала в срок не мог возвратить, сумма уплаченных процентов  уже равнялась 10 руб. 80 коп. (по 90 коп. в месяц); тем не менее, по истечении срока вещи стали собственностью заимодавца[36].

Архивные документы свидетельствуют, что ольховцы в первое время после заселения, и особенно в неурожайные 1892 и 1893 годы, часто обращались к властям с просьбой о помощи. В 1891 году Министерство Внутренних Дел разрешило выдать по 40 руб. на семью,  кроме того, было выдано по 8 руб. тем переселенцам, что прибыли позже. В течение 1891, 1892, 1893 годов переселенцы пользовались ссудой хлебом, который давался на продовольствие и обеспечение семенами[37]. Сумма пособий, выданных 23 главам семейств за пять лет, составила 1596,6 руб.

Не сохранились (да и были ли они?) фотографии моих прапрадедов, рискнувших за счастьем кинуться в дальние края. Какими они были? Наверное, совсем не такими, как мы, но всё-таки как похожи они на наших современников: так же хотели  жить достойно,  иметь стабильную возможность заработка,  растить хлеб и детей, обеспечить  родителям спокойную, сытую старость.

В 1895 году в Москве была издана книжка «Материалы для изучения быта переселенцев, водворённых в Тобольскую губернию за 15 лет» (с конца 1870-х годов по 1893 год), в которой содержатся материалы по исследованию ста переселенческих посёлков.  Имеется в ней историко-статистическое описание и д. Ольховка, составленное из данных подворного опроса новосёлов в период с конца июля по 1 ноября 1893 года. В заключение статьи об Ольховке авторы сделали вывод: «Переселенцы жалуются на своё тяжкое положение, но говорят, что оно лучше, чем в России, и обратно не собираются»[38]. Ольховка постепенно вставала на ноги, разрастались семьи, со временем совершенствовались земледелие, переработка сельскохозяйственной продукции. Ей суждено было просуществовать  118 лет – с 1890-го по 2008 год[39].

 

 

Источники:

 

  1. Список крестьян Курской губернии Фатежского уезда Нижнереутской волости с.Гаева и д. Лактионовой, ходатайствующих о переселении их в Томскую губернию, со сведениями о семейном экономическом положении их. ОКУ «Государственный архив Курской области», Ф. 68, Оп. 2, Д. 3728, Л. 16, 17 об.
  2. Переписка с губернаторами разных губерний Европейской России и прошения переселенцев о водворении в Тобольской губернии. ГБУТО ГА в г. Тобольске, Ф. 185, Оп.1, Д. 22, Л. 2, 2 об., 3.
  3. Документы о переселении Горбачёва С.И. из Фатежского уезда Курской губернии в Томскую губернию. ОКУ «Государственный архив Курской области», Ф. 68, Оп. 2, Д. 3721, Л. 17, 17 об.,18.
  4. Письмо Непременного члена Фатежского уездного по крестьянским делам присутствия. ОКУ «Государственный архив Курской области», Ф. 68, Оп. 2, Д. 2613, Л. 20, 20 об.
  5. Список переселенцев, водворяющихся в посёлке Ольховском, находящемся в даче Новозаимской волости Ялуторовского округа Тобольской губернии. ГБУТО ГА в г. Тобольске, Ф. 185, Оп.1, д. 22, Л. 2, 2 об., 3.
  6. Там же.
  7. Смирнов С.С. Переселенческая политика в пореформенной России во второй половине XIX в. Вестник Челябинского государственного университета, Вып. №1, Т. 10, 2004.
  8. Переписка об устройстве переселенцев на участках Ольховском и других в Новозаимской волости Ялуторовского округа за ноябрь 1888года – сентябрь 1890года. ГУ ОГАЧО, Ф. И 13, Оп. 1, Д. 122, Л.005
  9. Материалы для изучения быта переселенцев, водворённых в Тобольскую губернию за 15 лет (с конца 1870-х годов по 1893 год). Москва,Тип. Общества распространения полезных книг, 1895.С. 262.
  10. Там же.
  11. Переписка об устройстве переселенцев на участках Ольховском и других в Новозаимской волости Ялуторовского округа за ноябрь 1888года – сентябрь 1890года.  ГУ ОГАЧО, Ф. И-13, Оп. 1, Д. 122.
  12. Дело №9/89 г. отряда чинов по образованию переселенческих участков в Западной Сибири и отводу их переселенцам. По водворению переселенцев в Ново-Заимскую волость Ялуторовского округа. ГБУТО ГА в г. Тобольске, Ф. 185, Оп. 1, Д. 24, Л.2, 2 об.
  13. УспенскийГ. Поездки к переселенцам.Ч. 2, гл. 6 «Бородатые младенцы».С. 47.
  14. Материалы для изучения быта переселенцев, водворённых в Тобольскую губернию за 15 лет (с конца 1870-х годов по 1893 год). Москва, Тип. Общества распространения полезных книг, 1895.С. 262
  15. Заведующий передвижением переселенцев по Европейской России и Западной Сибири Министерства земледелия Российской империи. ГУ ОГАЧО, Ф. И 13, Оп. 1, Д. 122, Л. 042
  16. Там же. Ф. И-13, Оп. 1, Д. 122, Л. 044
  17. Там же. Ф. И-13, Оп. 1, Д. 122, Л. 030
  18. Там же. Ф. И-13, Оп. 1, Д. 122, Л. 030
  19. Там же. Ф. И-13, Оп. 1, Д. 122, Л. 045
  20. Там же. Ф. И-13, Оп. 1, Д. 122, Л. 0103,
  21. По водворению переселенцев в Ново-Заимскую волость Ялуторовского округа. ГБУТО ГА в г. Тобольске, Ф. 185, Оп. 1, Д. 24, Л. 5, 5 об.
  22. Там же. Ф. 185, Оп. 1, Д. 24, Л. 7, 7 об.
  23. Переписка об устройстве переселенцев на участках Ольховском и других в Новозаимской волости Ялуторовского округа за ноябрь 1888года – сентябрь 1890года. ГУ ОГАЧО, Ф. И-13, Оп. 1, Д.122, Л. 0127-0130
  24. Там же.  ГУ ОГАЧО, Ф. И-13, Оп. 1, Д.122, Л.0124-0126.
  25. Там же. ГУ ОГАЧО, Ф. И-13, Оп. 1, Д. 122, Л. 0122
  26. Акт о водворении 64 душ мужского пола переселенцев из Европейской России в посёлке Ольховском Новозаимской волости Ялуторовского округа Тобольской губернии. ГБУТО ГА в г. Тобольске, Ф. 185, Оп. 1, Д. 22, Л. 1, 1 об.
  27. Статистика Российской Империи. Волости и населённые места 1893 года. Выпуск 10. Тобольская губерния. ЦСК МВД, СПб,1894. - 329 с.
  28. Материалы для изучения быта переселенцев…, Москва, 1895. С.268.
  29. Там же. С. 269.
  30. Сведения о хозяйственном положении переселенцев, водворившихся на участке Ольховском и смежных с ним в Новозаимской волости Ялуторовского округа, составленные в октябре – ноябре 1889 ода. ГУ ОГАЧО, Ф. И-13, Оп. 1, Д. 122, Л. 065.
  31. Материалы для изучения быта переселенцев…, Москва, 1895 г., с.267
  32. ГавриловМ.И.От долины до плакора – тысячелетия. Сб. «Наше наследие»,  Заводоуковск, 2012. C. 51.
  33. ПорчинскийИ.А.Oкобылках, повреждавших посевы и травы в губерниях Пермской, Тобольской и Оренбургской. Сельское хозяйство и лес.  СПб, 1893.
  34. Сведения о хозяйственном положении переселенцев, водворившихся на участке Ольховском и смежных с ним в Новозаимской волости Ялуторовского округа, составленные в октябре – ноябре 1889 года. ГУ ОГАЧО, Ф. И-13, Оп. 1, Д. 122, Л. 066.
  35. Материалы для изучения быта переселенцев…, Москва, 1895. С.269.
  36. Там же.
  37. Там же. С.270.
  38. Там же. С.271.
  39. Закон Тюменской области от 07.06.2008 г. №29 «Об упразднении некоторых населённых пунктов Тюменской области и внесении изменений в отдельные законы Тюменской области».

 

Краеведческая конференция "Наше наследие - 2017":Материалы докладов и сообщений.- Ишим, 2017.- СС. 125 - 139

Вы не можете комментировать данный материал. Зарегистрируйтесь.

   

Календарь событий

Август 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
29 30 31 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31 1
   
© МАУК ЗГО «Заводоуковский краеведческий музей»